Вторник, 28 июня 2022
Поиск

Задать вопрос эксперту

Неверный ввод

0/5000

Напишите ваш вопрос

Введите цифры с картинки
Обновить Неверный ввод

   

Как избежать банкротства?

Больше всего пострадали от кризиса крупные аптечные сети
freepik
Фото: freepik

Для розничной торговли лекарствами настают очень нелегкие времена. В ближайшие полгода эксперты фармрынка ожидают банкротства около 15% аптек. Кто в этом виноват и есть ли выход из кризиса, пытаются понять представители аптечных сетей и дистрибьюторы.

Остались без оборотных средств

В марте многие производители ужесточили требования и стали требовать от дистрибьюторов предоплату. Директор по развитию ФК ПУЛЬС Сергей Еськин первопричину видит в том, что система банковских гарантий перестала функционировать должным образом. С учетом наступившей в одночасье инфляции и колебаний курсов валют ряд товаров в рамках существующей отсрочки платежей стали убыточными. Рост цен при отсрочке 90 дней съедал всю прибыль, на логистику и развитие денег уже не оставалось. Отсюда сокращение отсрочек, которое сильнее всего ударило по рознице. Сейчас аптеки вынуждены сокращать ассортимент и товарные запасы, а значит, и объем закупок у дистрибьюторов. В итоге производители жалуются на падение спроса.
Так как после 24 февраля разница в цене при отсрочке в 30 и 90 дней стала весьма существенной, ассортимент сократился, соглашается генеральный директор аптечной сети «Ригла» Александр Филиппов. Нормальной он считает отсрочку в 60 дней, оборачиваемость товара – в 45 дней. Конечно, новинки и косметика так быстро не раскупаются. Значит, отгружая подобный товар в аптеку, производитель должен позаботиться о покупателе. «Мы (аптека, производитель, врач) должны вместе работать над тем, чтобы привести клиента в аптеку», - высказывает он свое мнение.
Директор АСНА Александр Шишкин говорит, что сокращение отсрочек платежей больше повлияло на бизнес крупных и средних аптечных сетей. Некрупным же аптечным сетям всегда было тяжело и тяжелее не стало. «Мы запустили модель внебанковских гарантий, факторинга, учим партнеров управлять своими финансами и не путать выручку с прибылью», - сообщает он о мерах, которые предприняла Ассоциация, чтобы помочь своим партнерам в решении обозначившихся финансовых проблем.
Компаниям придется ужиматься, поддерживает представителей аптечных сетей и дистрибьюторов генеральный директор компании Альфасигма Рус Ольга Глазкова. Сначала это будет происходить за счет ассортимента, затем за счет географической представленности товара. Для пациента это будет означать, что доступность лекарств ухудшится. Но, видимо, это неизбежно. Иначе аптечным сетям не выжить.

Каждый должен заниматься своим делом

Производителя, который не может обеспечить наличие товара и в то же время диктует рознице свои условия, неплохо бы поджать, предлагает генеральный директор Аптечной сети 36,6 Александр Кузин. Сделать это можно, но лето и без того для фармпроизводителей, особенно иностранных, будет тревожным, вступается за своих коллег госпожа Глазкова. Выход она видит в том, чтобы каждый участник рынка обеспечивал эффективность своей работы за счет основной деятельности и не ждал, что кто-то со стороны за счет дополнительных вливаний компенсирует ему текущие расходы и убытки от основной деятельности, ради которой этот бизнес был создан. «Поддержка государства нужна, чтобы сохранялись рабочие места, не было массовой безработицы, чтобы всем компаниям удавалось платить зарплату сотрудникам. Когда у людей закончатся деньги, проблемы начнутся у всех», - уверена госпожа Глазкова.

Доказательства невиновности

Производители, дистрибьюторы и розница обвиняют во всех своих бедах инфляцию и колебания курсов валют. Но при этом кто-то, как сказал Сергей Еськин, эту историю запустил. Кто? Генеральный прокурор РФ Игорь Краснов считает, что цены на лекарства завысили по причине порой необъяснимой жадности коммерсантов от медицины. «Генеральный прокурор – человек серьезный, он знает, конечно, кто в этой цепочке с необъяснимой жадностью, - замечает генеральный директор АО ЦВ Протек Дмитрий Погребинский. – После того, как он сделал это заявление, я закачал в телефон данные, кто и как поднял цены. Цены на рынке поднимает производитель». В том числе и для того, чтобы сдержать ничем не объяснимый спрос, например, на препараты для лечения заболеваний щитовидной железы. По словам Дмитрия Погребинского, только его компания в марте продала их столько, сколько обычно продавала за 15-17 месяцев. Ясно, что и огромного прироста больных нет, и пациенты не принимают подобные препараты в таких количествах. Цены поднялись также из-за дефицита лекарств, проблем с логистикой и в связи с тем, что ряд российских производителей перешел на предоплату субстанций и вспомогательных материалов.
Сергей Еськин, напротив, не хочет искать виновных ни среди производителей, ни среди дистрибьюторов. Надо просто сделать выводы, чтобы это больше не повторилось. И как быть с тем, что можно купить лекарства повышенного спроса в интернете, но по цене в 30-50 раз выше? «Я считаю, в этом сегменте тоже надо поработать, чтобы в будущем эти каналы повышения интереса, скажем так, к препаратам, исчезающим с рынка, прикрыть», - говорит он. А так как в каждой компании работают порой не сотни, а тысячи человек, за которых работодатель несет определенную ответственность, нужно разрабатывать механизмы защиты бизнеса. Иначе поискам виновных конца-края не будет.
Ольга Глазкова обвиняет во всем дисбаланс спроса и предложения. Она считает, что падение спроса летом повлияет на цены. Продолжится ли эта тенденция осенью, неизвестно. Как и то, закончится ли падение спроса и цен в сентябре или захватит еще и следующий год. Этот вопрос, пожалуй, единственный, который сегодня, по ее мнению, должен волновать всех.

Туманные перспективы

Что ждет розницу летом и осенью? Никто этого не знает. Александр Филиппов ратует за изменение модели взаимоотношений игроков фармрынка и призывает активней использовать возможности интернета для продажи дорогих товаров, которые аптека вряд ли реализует даже за три месяца. Уповает он и на страховую медицину, которая должна же хоть когда-нибудь появиться в России: «Этот инструмент позволяет аптеке иметь минимальный ассортимент, за все остальное отвечает страховая компания».
«Вы рассуждаете с позиции участника рынка, контролирующего всю товаропроизводящую цепочку. Но, на мой взгляд, с 24 февраля наш рынок определенно стал рынком производителя, - возражает ему Александр Шишкин. – И он будет решать, по какому каналу продавать товар, какие инвестиции привлекать и на каких условиях. Не думаю, что сейчас у розницы есть та рыночная сила, которая была до 24 февраля». Он считает, что необходимо обеспечить ликвидность товара и сокращать издержки. Для этого надо выбрать приоритетные для развития и инвестиций проекты. Все остальное следует или закрыть, или поставить на «стоп» с гипотетической возможностью открытия.
Ольга Глазкова прогнозирует, что во втором полугодии, особенно в июле и августе, всем будет плохо. Вопрос в том, насколько плохо. Если фарме удастся удержаться на плаву и не будет цепочки банкротств, к осени население как-то приспособится к ситуации и найдет у себя ресурсы, чтобы покупать лекарства. И положение начнет потихоньку выправляться.
Будет ли фундаментальная смена модели рынка? После 24 февраля никто от этого не застрахован. Один день может перечеркнуть все. Поэтому игрокам рынка надо встречаться, разговаривать и искать взаимный интерес. Важно, чтобы была потребность в препарате и чтобы пациенты могли себе его позволить. Задачу игроков фармрынка госпожа Глазкова видит в обеспечении встречи лекарства с пациентом.
Производителю придется договариваться с дистрибьютором, дистрибьютору – с аптеками, а всем вместе – выбирать оптимальную модель взаимодействия. Рано или поздно фарма адаптируется к новым условиям, но надо, чтобы период адаптации был максимально коротким, подытоживает Дмитрий Погребинский.

 
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Log in or Sign up